Этой зимой иранские клубы подписали несколько качественных иностранных футболистов, которым эти предложения оказались интересны, несмотря на сложную обстановку в стране. EF при участии агента Ковы Тилавпура разбирался, почему легионеры продолжают ехать в Иран.
Отказ узбекистанского нападающего Игоря Сергеева от предложения «Крыльев Советов» и его выбор в пользу иранского «Персеполиса» подняли интересную тему: неужели чемпионат Ирана может быть привлекательнее РПЛ?
32-летний нападающий сборной Узбекистана Игорь Сергеев готовится к чемпионату мира, куда он с высокой долей вероятности поедет, если не произойдёт никаких форс-мажоров. А ведь именно трансфер в иранский клуб способен такой форс-мажор создать. Однако Игорь — не первый и не последний иностранный футболист, решившийся на рискованный маршрут в малоизведанную иранскую лигу.
В разное время в Иране поиграли настоящие звёзды, пусть и уже ветераны: Стивен Н’Зонзи, Ману Фернандеш, Серж Орье, Виссам Бен-Йеддер. Главным магнитом для легионеров традиционно остаётся финансовая составляющая. Похожие эксперименты с возрастными звёздами сейчас происходят в Казахстане. Однако прямо сейчас топ-игроков в иранских клубах уже нет. Пиар-эффект от таких трансферов оказался краткосрочным — если вообще оказался заметным, — а в целом опыт признали дорогим и не слишком успешным. Поэтому фокус сместился в сторону более понятных и менее требовательных футболистов. Помимо Сергеева этой зимой в Иран переехали представители Парагвая, Бразилии, Южной Кореи, Габона.
На данный момент в заявках местных клубов числится 41 иностранец, среди которых восемь выходцев из стран Центральной Азии — в том числе пять узбекистанцев, — а также восемь представителей стран бывшей Югославии и два албанца. Балканы и Центральная Азия — основной источник легионеров. И даже им иранские клубы готовы платить весьма приличные деньги.
Например, Сергееву в «Персеполисе», по слухам, предложили свыше $1 млн за полтора года. От таких вариантов в ситуации Игоря отказываются редко. Интерес к одному из лучших бомбардиров в узбекском футболе проявляли и в других странах — в частности, самарские «Крылья Советов». Как признался EF главный тренер волжан Магомед Адиев, с футболистом не удалось договориться по условиям. Вероятно, речь шла не о том, что клуб не располагает средствами, а о целесообразности платить порядка $50 тыс. в месяц возрастному нападающему без опыта игры в действительно сильных лигах. Сам Сергеев, наверное, был бы не против переезда в Россию и, возможно, готов был бы пойти на уступки — переговоры велись всерьёз, — однако разрыв в суммах, судя по всему, оказался слишком велик.
Похожая арифметика — и в трансфере Рустама Ашурматова. Летом «Рубин» продал защитника за 500 тыс. евро в тегеранский «Эстегляль», где узбек, по имеющейся информации, зарабатывает до $50 тыс. в месяц — против примерно $15 тыс. в Казани. Остону Урунову, который считается самым дорогим легионером иранской лиги на данный момент, платят ещё больше. Однако на приглашения иранцев соглашаются не все. Например, защитник «Пахтакора» Хожиакбар Алижонов от миллиона долларов отказался.
За пределами Ирана и Узбекистана, где сейчас наблюдается рост зарплат из-за жёсткого лимита и дефицита конкурентоспособных местных игроков, подобные условия ни Урунову, ни Сергееву, ни Ашурматову вряд ли могли бы предложить.
По данным EF, зарплатная система чемпионата крайне неравномерна. В небольших командах местные футболисты могут начинать с $3 тыс. в месяц, тогда как лидеры топ-клубов и игроки сборной получают суммы, превышающие миллион долларов в год. Для легионеров входной порог выше: предложения чаще начинаются от $10-15 тыс. в месяц. Финансовая модель во многом опирается на государственные структуры и аффилированные корпорации — нефтяные, промышленные, металлургические.
Исключением на рынке называют тебризский «Трактор» — частный проект, который может позволить себе более самостоятельную кадровую политику. Сейчас, например, в заявке клуба числятся четыре хорвата, серб и албанец, а главный тренер — хорват Драган Скочич. В своё время команду возглавлял Курбан Бердыев. «Трактор» традиционно любит экспериментировать: за последние 25 лет в Тебризе поочерёдно делали ставку на группы футболистов из Азербайджана, Словакии, Ганы, Португалии, теперь — с Балкан.
При этом регламент по легионерам в Иране жёсткий — шесть иностранцев не из Азии плюс один азиат. Однако даже этот лимит используют не все. Во многих командах иностранцев нет вовсе — не столько из-за нехватки средств, сколько по прагматическим причинам: клубы не готовы платить за игроков, которые не дают заметного усиления по сравнению с местными, либо принципиально избегают подписаний ради галочки.
Например, в консервативном Мешхеде сильное религиозное влияние, из-за чего отношение к профессиональному спорту, включая футбол, сложнее, чем в Тегеране или Исфахане, особенно в вопросах допуска женщин на трибуны. Проводить там статусные матчи сложно, посещаемость нестабильна, а клуба уровня элиты сейчас в городе нет — при том, что современная арена имеется, но используется ограниченно.
В целом же футбольная инфраструктура остаётся самым уязвимым местом лиги. Полноценных арен высокого уровня в стране немного, качество газонов часто критикуется, а главный тегеранский стадион уже долгое время находится на реконструкции. Из-за этого даже ключевые матчи сезона, включая дерби «Эстегляль» — «Персеполис», некоторое время приходилось проводить в других городах. Футбольный комментатор и телеведущий Джавад Хейбани отмечал, что ресурсов для исправления ситуации в стране достаточно, однако прогресс тормозится конфликтами между бизнесом и властями. Претензии звучат и к судейству, и к общему уровню игры.
Агент Кова Тилавпур, который хорошо знаком с региональным футбольным рынком, подчёркивает, что чемпионат Ирана редко рассматривается как ступень к переезду в Европу. Чтобы уйти на повышение нужны личные связи или титанический труд агентов. Потому иностранцы стараются надолго не задерживаться, и подписывают краткосрочные контракты. Отсюда высокая текучка иностранцев: многие проводят в стране полгода или сезон, а затем ищут другие варианты. Те, кто остаётся дольше, вынуждены закрывать глаза на целый ряд бытовых и профессиональных проблем.
Самой чувствительной темой остаётся безопасность. По словам Тилавпура, иностранные футболисты исходят из того, что в случае обострения конфликты их напрямую не затронут:
«Если начнётся эскалация, футболисты уверены, что США и Израиль будут бить только по политическим и военным объектам. Стадионы никто бомбить не будет. Митинги, если и бывают, обычно по вечерам и в центре. А футболисты в это время на базе — как правило, на окраине и на закрытой территории».
При этом риски признаются — прежде всего возможные сложности с выездом из страны в случае резкого обострения, как это уже происходило в прошлые периоды напряжённости, когда люди, включая спортсменов, пытались выбираться через турецкую границу.
По словам Тилавпура, проводить параллели между иранской лигой и РПЛ некорректно. Уровень инфраструктуры, качества футбола и финансовых ресурсов несопоставим с российскими клубами, у большинства из которых есть современные стадионы и базы, сильные спонсоры и развитая болельщицкая культура. Трудно представить, что «Персеполис» потратит €10–20 млн на трансфер футболиста и затем будет платить ему несколько миллионов в год, как это делают ведущие клубы РПЛ. При этом иранцам пришлось бы переплачивать в разы, чтобы просто убедить реальную звезду подписать контракт. Самой дорогой покупкой остаётся выкуп «Эстеглялем» у катарского «Аль-Харитиях» Андраника Теймуряна за 2,2 млн евро в 2013 году. Самая дорогая продажа — трансфер Али Карими в клуб из ОАЭ «Аль-Ахли». В 2001 году иранский «Пирузи» заработал 2,5 млн евро.
Подавляющее число иранских футболистов стремятся уехать за границу. В том числе в Россию, где в последние годы внимательно изучают персидский рынок в поисках «нового Азмуна», кто-то, как «Оренбург», даже иногда зарабатывает на перепродаже иранцев. При этом, как подчёркивает Тилавпур, в отличие от ситуации с иранцами в России, российские футболисты в чемпионате Ирана практически не появлялись:
«Это самый наглядный ответ тем, кто пытается сравнивать эти две лиги».
