Роберт Просинечки покинул пост главного тренера сборной Кыргызстана спустя восемь с половиной месяцев после назначения. Хорват пришел в команду на фоне едва ли не самых высоких ожиданий в ее истории: Кыргызстан только что провел сильный цикл квалификации чемпионата мира, а от обладателя Кубка европейских чемпионов и бывшего футболиста «Реала» и «Барселоны» ждали следующего шага. Сам Просинечки говорил даже о золоте Кубка Азии-2027. Однако до главного экзамена он не доработал. Разговоры о возможном уходе появились уже после смены руководства Кыргызского футбольного союза (КФС), а, по данным Eurasia Football, позднее стороны не смогли договориться о пересмотре условий контракта.
КФС объявил о расставании с Просинечки 25 августа. Исполнительный комитет союза принял решение прекратить сотрудничество, после чего стороны достигли взаимной договоренности о расторжении контракта. Причины отставки официально не раскрывались.
Просинечки возглавил Кыргызстан 10 декабря 2025 года. Первоначальное соглашение было рассчитано на один год и один месяц. В случае успешного выступления на Кубке Азии-2027 предусматривалась возможность продолжить сотрудничество еще на три года. Контракт подписывался при участии тогдашнего президента КФС Камчыбека Ташиева, который говорил о «больших задачах», новом импульсе для сборной и качественных изменениях. Сам союз констатировал, что назначение хорвата «внушает большие надежды».
И это были не дежурные слова.
Просинечки получил команду с уже поднятой планкой
Хорват пришел не спасать сборную после провального цикла. Напротив, ему досталась команда, которая незадолго до этого провела один из наиболее убедительных отрезков в своей истории.
Кыргызстан впервые пробился в третий раунд квалификации чемпионата мира еще при Штефане Тарковиче. После его ухода сборную принял Максим Лисицын и провел с ней весь следующий этап отбора.
Результата в виде выхода в четвертый раунд добиться не удалось, однако команда до заключительной части турнира сохраняла шансы продолжить борьбу. Кыргызстан победил действующего чемпиона Азии Катар — 3:1, обыграл КНДР — 1:0, а завершил квалификацию ничьей с ОАЭ — 1:1. Особенно показательными стали матчи против двух сильнейших команд группы. Узбекистану кыргызстанцы уступили 2:3 и 0:1, причем в Ташкенте более часа играли в меньшинстве. Иран победил Кыргызстан со счетом 1:0 и 3:2. Все четыре поражения от будущих участников чемпионата мира получились минимальными.
Еще в ноябре 2024 года Александр Крестинин, почти десять лет возглавлявший сборную Кыргызстана, в интервью «Фергане» обращал внимание на ограниченный кадровый ресурс национальной команды, но отмечал изменения при Лисицыне. По его оценке, в игре стало «несколько больше порядка». Поражение 0:1 от Ирана он приводил как пример матча, в котором Кыргызстан при более удачной реализации вполне мог рассчитывать на очки.
Таким образом, знаменитый хорват получал не команду, которую требовалось строить с нуля. От него ожидали развития уже достигнутого уровня.
Еще до назначения Просинечки в Бишкек приехала хорватская делегация, в состав которой входил и будущий главный тренер. Во время переговоров в КФС отдельным вопросом обсуждался выбор нового наставника национальной команды, а гости представили свои предложения и видение дальнейшей работы. Спустя несколько дней контракт был подписан.
В самой Хорватии назначение оценивали несколько иначе, чем в Кыргызстане. Gol.hr называл предстоящую работу «огромным вызовом», напоминая, что Просинечки принимает 104-ю на тот момент сборную рейтинга ФИФА. Index.hr вынес в подзаголовок формулировку о походе на Кубок Азии с практически неизвестными широкой европейской аудитории футболистами. Для хорватской прессы это выглядело скорее экзотичным и сложным этапом тренерской карьеры. Для кыргызстанского футбола — приглашением самого статусного тренера в его истории и попыткой выйти на следующий уровень.
«Цель высокая — золото»
Дополнительную планку установил уже сам Просинечки.
На первой пресс-конференции в декабре он говорил, что Кыргызстан как минимум должен повторить результат Кубка Азии-2019, когда дошел до 1/8 финала. Но минимальной задачей хорват не ограничился.
«Но цель у нас высокая — золото турнира», — заявил Просинечки, добавив, что ради этого в течение года предстоит провести большую работу.
При этом даже в первые месяцы работы тренер оставлял себе пространство для маневра. Просинечки говорил о необходимости учитывать возможности конкретных футболистов, а не только собственное представление об игре.
Еще до его первого матча Eurasia Football отмечал, что от хорвата вряд ли стоит ожидать моментального эффекта. Просинечки рассматривался как тренер скорее для длинной дистанции, а одним из главных рисков называлась именно высокая планка ожиданий: после выхода в третий раунд квалификации ЧМ результаты, которые еще недавно считались бы достижением, могли начать восприниматься как обязательный минимум.
Через несколько месяцев практически то же самое сказал Крестинин.
В интервью Eurasia Football в мае он обратил внимание на возможный разрыв между требованиями тренера уровня Просинечки и реальными возможностями футболистов сборной Кыргызстана. Крестинин приводил простой пример: наставник может требовать от Валерия Кичина определенного качества длинной передачи или от Жоэля Кожо большего объема работы без мяча, однако далеко не каждую тактическую идею позволяет реализовать уровень исполнителей.
Главный вывод Крестинина звучал предельно ясно: «На быстрый результат рассчитывать не стоит». Сборная, в отличие от клуба, получает футболистов всего на несколько дней и практически не имеет времени для фундаментальной перестройки их игры.
Просинечки этого времени в итоге и не получил.
Он приехал не только на Кубок Азии
Интересно, что сам хорват воспринимал предложение из Кыргызстана шире, чем просто возможность поработать на одном турнире.
В большом интервью Flashscore в марте Просинечки подробно объяснил, почему согласился возглавить сборную. После завершения работы в Черногории ему поступило предложение из Кыргызстана, но решение он принял только после поездки в страну.
«Я приехал в страну, посмотрел инфраструктуру и их идеи. Они хотят прогрессировать, хотят делать что-то иначе», — рассказывал Просинечки. После этого он согласился на работу, отдельно отмечая, что Кубок Азии по значению для региона сопоставим с чемпионатом Европы.
То есть хорвата, по его собственным словам, убедила не только национальная команда, но и предложенная ему концепция развития.
В том же интервью он обозначил еще одно направление работы — обновление состава. Просинечки говорил о большом количестве молодых футболистов и признавался, что тренерский штаб уже присматривается к резерву.
«Три-четыре футболиста из U21 уже привлекли наше внимание», — отмечал он.
Это не осталось только словами. Штаб Просинечки следил за матчами внутреннего чемпионата и расширял список кандидатов, а первые товарищеские встречи использовал в том числе как селекционные.
Одним из тех, кто получил шанс при хорвате, стал Валерий Мурзаков. Родившийся в Москве и прошедший систему петербургского «Зенита» центральный защитник дебютировал за сборную Кыргызстана уже в первом матче Просинечки — против Экваториальной Гвинеи. 22-летний футболист сразу вышел в стартовом составе рядом с капитаном Валерием Кичиным, а затем остался в обойме и получил вызов на июньские матчи.
К маю курс на омоложение Просинечки формулировал уже публично. Он говорил о необходимости развивать молодых игроков, сохраняя рядом с ними опытных футболистов, и о желании построить команду, способную играть более активно — контролировать мяч, атаковать и использовать свободные зоны.
Но одновременно изменилась и тональность разговоров о Кубке Азии. Если в декабре Просинечки говорил о золоте, то 25 мая формулировал цель гораздо осторожнее: показывать на турнире «достойный футбол и проходить дальше».
Что изменилось после ухода Ташиева
Между этими заявлениями произошло важное изменение внутри самого КФС.
15 апреля Камчыбек Ташиев объявил, что не будет баллотироваться на новый срок главы футбольного союза. 12 мая президентом КФС был избран председатель кабинета министров Кыргызстана Адылбек Касымалиев.
Уже 15 мая Касымалиев провел встречу с сотрудниками союза и тренерами национальных сборных. КФС сообщал, что на ней обсуждались «предстоящие цели, стратегические направления и планы по развитию футбола».
Прямых подтверждений тому, что после смены руководства Просинечки официально поставили другую спортивную задачу, нет. Более того, подготовка к Кубку Азии-2027 и при новом президенте продолжала публично называться одним из главных ориентиров сборной.
Однако не исключено, что пересмотру подверглись параметры самого проекта — условия работы, критерии его эффективности или дальнейший горизонт сотрудничества. На это указывает последующая хронология.
Уже 10 июня, менее чем через месяц после избрания нового главы КФС, в кыргызстанских СМИ появились сообщения о возможном скором уходе Просинечки. Официально союз тогда их не подтверждал.
По данным Eurasia Football, после смены руководства КФС хорватскому специалисту предложили пересмотреть отдельные условия действующего контракта. Просинечки с предлагаемыми изменениями не согласился. В конечном счете сторонам, по всей видимости, не удалось найти устраивавший всех вариант, и 25 августа они оформили досрочное прекращение сотрудничества. Информацию EF о попытке изменить условия соглашения впоследствии распространили и балканские издания.
Это не позволяет утверждать, что именно уход Ташиева автоматически привел к отставке Просинечки. Но смена руководства стала очевидной точкой в хронологии проекта: хорват подписывал долгосрочное соглашение при одном руководителе КФС и под сформулированные тогда ожидания, а вопрос о пересмотре договора возник уже при другом.
Показательна и последовательность событий: в декабре — разговоры о золоте Кубка Азии и возможный трехлетний контракт в случае успеха; в апреле — решение Ташиева уйти; в мае — новое руководство КФС и обсуждение целей и стратегии; в июне — первые сообщения о возможной отставке; в августе — расторжение соглашения.
Четыре матча без побед — но и без главного экзамена
С точки зрения сухой статистики период Просинечки получился более чем скромным.
Кыргызстан провел при нем четыре товарищеских матча. В марте команда уступила Экваториальной Гвинее — 0:1 и Мадагаскару — 2:5. В июне дважды сыграла вничью с Палестиной — 0:0. Итог — две ничьи, два поражения, ни одной победы и разница мячей 2:6.
Однако ни одного матча в официальном турнире Просинечки так и не провел. Поэтому четыре товарищеские встречи дают слишком мало материала, чтобы вынести окончательный спортивный вердикт.
Тем более первые сборы хорват сознательно использовал для экспериментов и поиска новых футболистов. Это соответствовало тому, что он говорил еще в мартовском интервью о нескольких заинтересовавших его игроках U21, а позднее — о курсе на омоложение.
В результате наиболее заметным следом Просинечки в сборной стала не новая игровая система и тем более не результат, а начавшееся обновление состава. Он расширил круг кандидатов, дал шанс молодым футболистам и успел обозначить направление, в котором собирался перестраивать команду.
Узнать, к чему эта работа могла привести, уже не получится.
Просинечки пришел на фоне очень высокой планки, созданной результатами предыдущего цикла, получил статус самого громкого тренера в истории сборной Кыргызстана и сам дополнительно поднял ожидания заявлением о золоте Кубка Азии. При этом специалисты, хорошо знающие возможности кыргызстанского футбола, еще в начале его работы предупреждали: превращение этих ожиданий в результат потребует времени.
Проект завершился раньше, чем это время появилось.
Поэтому историю Просинечки в Кыргызстане трудно назвать как успехом, так и полноценным спортивным провалом. Он не выиграл ни одного матча, но и не дошел до соревнования, ради которого его приглашали. Начал омоложение, но не успел провести смену поколения. Обещал бороться за золото Кубка Азии, но покинул сборную еще до того, как команда сыграла при нем первый соревновательный матч.
Главный вопрос — был ли Просинечки способен сделать тот самый следующий шаг, которого от него ждали после успешного цикла Лисицына, — остался без ответа.