Сборная Ирана объявила заявку на чемпионат мира-2026, но список Амира Галенои вызвал больше вопросов, чем ожидалось. За бортом остались Сардар Азмун, Мохаммад Джавад Хоссейннежад, Аллахъяр Сайядманеш и Мохаммад Мехди Заре — футболисты, которых иранская пресса и болельщики называли кандидатами на поездку на турнир.
Главное имя в этом списке — Азмун. 31-летний нападающий «Шабаб Аль-Ахли» не попал ни в предварительный, ни в окончательный состав, хотя остается одним из лучших бомбардиров в истории национальной команды. Формально тренерский штаб объясняет выбор футбольными причинами, однако в Иране отсутствие форварда обсуждают шире — как часть общего контекста вокруг сборной последних лет.
Иран попал в группу с Новой Зеландией, Бельгией и Египтом и снова будет пытаться впервые в истории выйти в плей-офф чемпионата мира. На этом фоне каждый спорный выбор Галенои становится заметнее: для сборной это не просто очередной турнир, а шанс сделать шаг, который не удавался ни одному поколению иранских футболистов.
Почему обсуждают отсутствие Азмуна
Азмун провел за сборную Ирана 91 матч и забил 57 голов. В Азии у него один из самых сильных послужных списков среди действующих нападающих: «Рубин», «Ростов», «Зенит», «Байер», «Рома», затем «Шабаб Аль-Ахли» в ОАЭ. Для Ирана это не игрок ротации, а футболист, который много лет был частью атакующего ядра команды.
Вокруг его отсутствия есть не только футбольный контекст. Во время протестов в Иране в 2022 году Азмун в соцсетях написал в что готов пожертвовать местом в сборной ради «одного волоса на голове иранских женщин», чем вызвал критику со стороны части соотечественников.
В 2026 году ситуация получила продолжение. Азмун, выступающий в ОАЭ за «Шабаб Аль-Ахли», опубликовал фото с Мухаммедом бин Рашидом Аль Мактумом — правителем Дубая и премьер-министром Объединенных Арабских Эмиратов. На фоне региональной напряженности этот жест вызвал негативную реакцию в части иранских медиа. После этого нападающего не вызвали на мартовские товарищеские матчи, а затем он остался вне заявки на чемпионат мира.
Сам Азмун подчеркивал, что остается иранцем и всегда играл за сборную ради людей, которые любят футбол. Уже после непопадания в состав он пожелал удачи партнерам по национальной команде и отметил, что они остаются его друзьями.
В иранском футболе такие истории воспринимаются чувствительно. После протестов 2022 года в центре общественного внимания уже оказывались Али Даеи и Али Карими — две фигуры, давно вышедшие за рамки обычного футбольного статуса. Даеи — один из главных игроков в истории страны и бывший мировой рекордсмен по голам за сборную. Карими — бывший капитан национальной команды и один из самых популярных иранских футболистов своего поколения. Оба публично реагировали на события в стране, и это создавало вокруг них дополнительное напряжение.
Ситуация с Азмуном другая: он не бывшая звезда, а действующий форвард, который мог помочь Ирану на чемпионате мира. Поэтому его отсутствие в заявке обсуждают особенно активно.
Моганлу — одно из самых спорных решений
Отдельным поводом для вопросов стал вызов Шахрияра Моганлу. Изначально нападающего «Калбы» не было в расширенной заявке Ирана, однако после травмы Рузбеха Чешми Амир Галенои довызвал именно форварда, а затем включил его в окончательный состав на чемпионат мира.
С футбольной точки зрения это объяснимое решение. Моганлу — габаритный центральный нападающий, способный играть в штрафной, бороться за верховые мячи и давать команде другой профиль атаки. В завершившемся сезоне чемпионата ОАЭ он забил восемь голов за «Калбу». В том же клубе выступает другой игрок сборной Ирана — Саман Годдос.
Вопросы вызывает контекст. Моганлу получил место в атакующей группе, где мог бы быть Азмун, и получил его номер. Он тоже выступает в ОАЭ — в той самой стране, связь с которой стала одним из поводов для обсуждения вокруг Азмуна после его фотографии с правителем Дубая. В составе остался и Саид Эзатоллахи, партнер Азмуна по «Шабаб Аль-Ахли».
Сама игра в эмиратском клубе проблемой для тренерского штаба не стала. Значение получила публичная история вокруг Азмуна и его прежняя репутация футболиста, который не избегает острых тем.
Формально Моганлу не обязательно рассматривать как прямую замену Азмуну. Это разные решения тренерского штаба. По сути он занял одно из мест в атакующей линии, где мог бы оказаться нападающий с 57 голами за сборную. Поэтому для части болельщиков и обозревателей вызов менее статусного форварда из того же чемпионата ОАЭ стал одним из символов спорной заявки.
Хоссейннежад и Сайядманеш: вопросы к атаке и центру поля
Азмун — не единственный заметный игрок, оставшийся вне состава. Иранское издание Etemad Online в материале с вопросами к Галенои отдельно выделило трех отсутствующих футболистов: Сардара Азмуна, Мохаммада Джавада Хоссейннежада и Аллахъяра Сайядманеша. Издание напомнило, что Азмун перестал вызываться после публикации фотографии с правителем ОАЭ, Хоссейннежад провел сильный сезон в российской лиге, а Сайядманеш в Бельгии поучаствовал в 11 голах за 29 матчей.
Хоссейннежад выступает за махачкалинское «Динамо». В прошедшем сезоне он сыграл 29 матчей в РПЛ и восемь матчей Кубка России, забивал важные голы и уже вызывался в сборную при Галенои. Многие ожидали, что с учетом технических качеств и хорошей игровой практики он как минимум попадет в расширенный список. Однако тренерский штаб не включил его даже в заявку из 30 футболистов.
Еще один спорный невызов — Аллахъяр Сайядманеш из бельгийского «Вестерло». В прошедшем сезоне он поучаствовал в 11 голах за 29 матчей: забил семь мячей и отдал четыре результативные передачи. Сайядманеш считался одним из талантов своего поколения и уже играл за сборную, но места в списке Галенои не получил.
Etemad Online обращал внимание, что невызов Сайядманеша выглядит особенно спорным на фоне попадания в заявку других игроков из чемпионата Бельгии. В состав вошли Алиреза Джаханбахш, выступавший за команду из нижней части таблицы бельгийского чемпионата и забивший один гол, а также Деннис Даргахи, у которого было пять голов в 33 матчах без результативных передач.
Похожее сравнение делал и Football360: издание отмечало, что статистика Сайядманеша в Бельгии выглядела сильнее, чем у Джаханбахша, хотя часть сезона он провел не на позиции центрального нападающего, а на правом фланге атаки.
Заре и вопрос обновления обороны
Отдельно в Иране обсуждали отсутствие Мохаммада Мехди Заре. 23-летний защитник «Ахмата» провел сезон в российской лиге и входил в число игроков, которых часть иранских обозревателей рассматривала как возможный задел для будущего национальной команды.
Заре — не самая громкая фамилия среди невызванных, но его отсутствие хорошо ложится в общий спор вокруг заявки. Галенои критикуют не только за конкретные решения по атаке, но и за осторожный подход к обновлению состава. В сборной остаются опытные игроки, а часть молодых футболистов, получивших игровую практику за рубежом, так и не попала в список.
В этом смысле Заре важен именно как символ линии на будущее. Иран едет на чемпионат мира с понятной ставкой на опыт, сыгранность и проверенные связи, но такой выбор сужает пространство для обновления. Для части местных журналистов и болельщиков невызов Заре, Хоссейннежада и Сайядманеша стал подтверждением того, что тренерский штаб предпочел надежность потенциальному росту.
Гандипур и другие спорные решения
Отдельно в Иране обсуждали Резу Гандипура, который провел хороший сезон в чемпионате ОАЭ. После невызова он опубликовал сторис с намеком на нефутбольные причины решения тренерского штаба: «Статистика была хорошей, но, видимо, важнее другие вещи». После этой публикации Гандипура исключили и из списка олимпийской сборной.
Среди других игроков, чье отсутствие вызвало вопросы, называли Ахмада Нураллахи, который уже давно остается вне состава сборной. В иранской прессе также обсуждали широкий отсев после тренировочного процесса: часть футболистов несколько недель работала с командой, но в итоге не попала в список на заключительный этап подготовки.
Сам по себе такой отсев не является чем-то необычным. Перед чемпионатом мира тренерский штаб вынужден выбирать ограниченное число игроков. Однако в случае Ирана вопросы возникли из-за сочетания нескольких факторов: отсутствия Азмуна, невызова молодых легионеров, приглашения Моганлу и сохранения в составе ряда возрастных футболистов.
Галенои выбирает опыт
Главная претензия к заявке Галенои связана не только с конкретными фамилиями. Критики считают, что тренерский штаб снова сделал ставку на возрастных и проверенных игроков, хотя до чемпионата мира от него ждали более заметного обновления.
В составе остаются Мехди Тареми, Алиреза Джаханбахш, Мехди Тореби, Мохаммад Мохеби, Али Алипур, Моганлу и другие опытные футболисты. Это дает Ирану понятную структуру, сыгранность и опыт больших матчей. Для турнира в США такие качества важны: команде предстоит группа с Новой Зеландией, Бельгией и Египтом, а задача выхода в плей-офф по-прежнему остается исторической.
Цена такого выбора — меньше пространства для молодых игроков и меньше гибкости в атаке. Тареми и Азмун много лет были самой узнаваемой атакующей связкой сборной. Их взаимопонимание, опыт и умение играть под давлением могли быть особенно важны на турнире, где Ирану нужно будет не только обороняться, но и искать свои моменты против соперников разного уровня.
У Галенои остаются варианты. Тареми — главный форвард и лидер. Джаханбахш дает опыт и игру с фланга. Моганлу может быть полезен как силовой нападающий. Мохеби и Хоссейнзаде добавляют движение. Однако отсутствие Азмуна меняет атакующий баланс сборной и усиливает давление на тех, кто получил место в заявке.
Заявка еще может измениться
Формально окончательная заявка Ирана уже опубликована. Однако теоретическая возможность изменений сохраняется до старта турнира. По регламенту ФИФА игрок из финального списка может быть заменен в случае серьезной травмы или болезни не позднее чем за 24 часа до первого матча команды. Такая замена должна быть одобрена медицинскими структурами ФИФА.
Есть и еще одна важная деталь. До финальной заявки федерации подавали в ФИФА предварительный список из 35–55 игроков. ФИФА не публикует эти списки полностью, а Федерация футбола Ирана также не раскрывала свою расширенную заявку. Поэтому проверить, кто именно в нее вошел, невозможно.
Теоретически спорные отсутствующие могли быть в этом списке, но подтверждения этому нет. Это оставляет пространство для маневра, хотя и не делает возвращение кого-либо автоматическим. Для замены нужен формальный повод — травма или болезнь игрока из окончательной заявки.
В случае с Азмуном иранские медиа продолжают связывать его отсутствие не только со спортивными причинами. До первого матча еще остается время, а вокруг сборной Ирана сохраняется непростая внешняя обстановка. Теоретически тренерский штаб может вернуться к его кандидатуре, если появятся формальные основания для изменения заявки и если сам игрок находится в предварительном списке, поданном в ФИФА.
Иранская команда будет проводить турнир в США — стране, отношения с которой у Тегерана остаются напряженными. Первый матч пройдет в Лос-Анджелесе, где живет крупнейшая иранская диаспора в США. В такой обстановке состав, поведение игроков и любые решения вокруг сборной будут обсуждаться и за пределами футбольного поля.